Reports
Friday, 19 May 2017 14:42

«Плохие парни» и новый мировой порядок

Петр Копка, Руководитель исследовательских программ COSA

Подавляющее большинство экспертов и политиков отдают себе отчет в том, что та система международных отношений, которую человечество получило в наследство после второй мировой войны, и которую мы привыкли называть послевоенным мировым порядком, окончательно и бесповоротно канула в Лету. И уже не вернется никогда. А что же человечество получает взамен? 

Свято место пусто не бывает

Освободившееся место постепенно начинает «заполнять» новая глобальная субстанция, ничего общего не имеющая со своей предшественницей. Она пока что не имеет ни определения, ни даже названия (для себя назовем ее, новая система международных отношений (НСМО), но события последнего времени свидетельствуют, что она уже во весь голос заявляет свои права на всемирное наследство (наследие).

То, что сейчас принято называть мировым порядком впервые, было документально оформлено в 1648 году в виде т.н. Вестфальского мира. Тогда, раздробленная, разоренная и истощенная тридцатилетней войной Европа вынуждена была искать пути для выхода из сложившейся ситуации. И такими выходами стали Мюнстерское и Оснабрюкское мирные соглашения, подписанные, соответственно, 15 мая и 24 октября 1648 года.

Вестфальский мир положил начало новому порядку в Европе, основанному на концепции государственного суверенитета.

В результате, до периода т.н. наполеоновских войн, т.е., до начала XIX века, европейский мир обрел определенную устойчивость, поскольку после Вестфальского мира в Европе фактически сложились два центра, обеспечивающих баланс сил на континенте. Общий порядок поддерживался Англией, которая вплоть до первой мировой войны играла роль своеобразного общего «балансира» в европейских делах. Франция же отвечала за порядок в центральноевропейском регионе, противодействуя объединению Германии и превращению ее в самое могущественное государство.  

Следующим знаковым этапом в процессе формирования мирового порядка можно считать Венский конгресс 1814 года, завершавший эпоху французской революции и наполеоновских войн на европейском континенте. Конгресс определил новую расстановку сил в Европе, обозначив на продолжительное время ведущую роль в международных делах стран-победительниц Австрии, Великобритании, Пруссии и России.

За исключение т.н. Крымской войны 1854-1855 годов, пост венский период можно назвать относительно спокойным.

Окончание первой мировой войны венчала Версальская мирная конференция и Версальский договор 1919 года. В результате, побежденная Германия в качестве своеобразного глобального изгоя осталась вне основных международных процессов. В отличие, кстати, от Венского конгресса, в котором участвовала и проигравшая Франция. Такая «дискриминация» просто не могла остаться без ответа, что и случилось буквально через 10 лет в виде второго акта всемирной трагедии – второй мировой войны.

Завершение второй мировой войны положило начало новому мировому порядку, основанному на разделе мира между двумя идеологиями: т.н. социалистической и капиталистической. Его действие завершилось в 1991 году, с распадом социалистической системы и исчезновением с политической карты мира СССР.

Этот период нельзя назвать спокойным в истории человечества. Однако, он был относительно управляемым, поскольку мир был поделен между двумя сверхдержавами, которые и отвечали за сохранение порядка в собственном секторе, по тогдашним идеологическим клише – лагере. А своеобразный «Сталинград» постепенно вырисовался в виде ядерного и термоядерного оружия, вокруг которого и совершались своеобразные ритуальные внешнеполитические «пляски» в виде перманентных переговоров и достигнутых договоренностей в области контроля над ядерным оружием и ядерного разоружения.

Причины и следствия

Все эти грубо очерченные этапы формирования порядка имеют одну общую черту – они были вынужденной реакцией мирового сообщества (толи европейского, толи мирового) на уже свершившееся нарушение существовавшего на тот момент международного порядка. Независимо от того, было ли это нарушение, так сказать, «коллективным», как в случае с Вестфалем, или инициировано конкретными историческими личностями (Наполеон Бонапарт, Гитлер-Сталин). 

Это вынужденные шаги были еще необходимы для формального фиксирования победы одной стороны и проигрыша другой. Иными словами, речь шла о своеобразном коллективном наказании агрессора.

Поэтому, если в 1648 году европейская аристократия и духовенство выступили против изнурительных и опустошительных войн, вызванных «виртуальным врагом» – неструктурированными и несбалансированными отношениями между церковной и светской властями, – то уже следующее нарушение существовавшего мирового порядка стало прочно ассоциироваться с именем Наполеона Бонапарта.

Корсиканец, неаристократического происхождения, Наполеон сумел в короткое время превратить Францию в наиболее воинственное государство в Европе. Определявшее судьбы континента на протяжении десятилетия.   

Первая мировая война началась из-за объективных противоречий в отношениях между тогдашними европейскими империями, и не совсем адекватной субъективной реакции на них со стороны монархов, которые и стали своеобразным коллективным виновником ее возникновения.

А вот второй акт этой трагедии под названием вторая мировая война прочно ассоциируется с именем одного, вернее двух человек, – Адольфа Гитлера и Иосифа Сталина. Что бы там ни говорили о роли последнего, он является одним из «отцов» этой глобальной бойни.

Здесь необходимо небольшое пояснение. Автор этих строк, исходя из принципов системного анализа, считает, что т.н. первую и вторую мировые войны нельзя разделять, поскольку это один системный процесс, разорванный десятилетним периодом внутрисистемного переформатирования. В его ходе побежденная, обиженная и отринутая мировым сообществом Германия приняла своего нового харизматического лидера А. Гитлера, тоже, как и Наполеон, не имевшего никакого отношения ни к германской элите, ни к ее политической системе. Который с помощью точно такого же ослепленного властью маньяка И. Сталина нарастила свой военный и промышленный потенциал до такой степени, чтобы организовать второй акт трагедии мирового масштаба.

И, как показывает опыт современной России, где никому неизвестный до этого ленинградский опер-неудачник превратился в единоличного диктатора, и глобального изгоя эта печальная традиция пока что имеет свое продолжение.        

Исходя из этого короткого и грубого анализа, становится понятным, что смена мирового порядка до последнего времени была, во-первых, мерой вынужденной. А, во-вторых, эта вынужденная мера заканчивалась суровым наказанием проигравшего, чтоб другим не повадно было. А уже само возникновение нового порядка формировалось под влиянием победителей и той ситуации, которая складывалась на тот момент в мире. 

Поскольку биполярный мир рухнул под тяжестью собственных проблем, а не в результате очередного глобального вооруженного конфликта, акта наказания виновного не понадобилось. Наоборот, после 1991 года мировое сообщество было уверенно, что наступает новая эра, в которой нет и не будет ни победителей, ни побежденных. А все в едином порыве начнут трудиться над созданием нового, неразделенного на идеологические догмы, мира.

Ошибочность такого восприятия нового мира стала понятной уже к началу второго десятилетия двадцать первого века. А отсутствие традиционной формализации завершения очередного «миропорядкового» цикла в виде наказания побежденного, привело к тому, что мир завис в своеобразном безвременье, когда старого уже нет, а нового еще нет. И хуже всего то, что никто не знает, как это новое сделать. Даже, каким оно должно быть. 

В этой связи возникает вполне оправданный вопрос, каким образом произойдет очередная смена мирового порядка. Не хотелось бы верить, что сохранится старая традиция постапокалиптического реагирования по принципу, пока гром не грянет…

(Продолжение следует)

Read 482 times